Максимум Леонид — в ночь с 17 на 18 ноября: тихий год у потока, который когда-то сыпался как снег

Когда: ночь с 17 на 18 ноября, лучше всего — в предрассветные часы

Максимум приходится на 17 ноября 2026 года, около 23:45 UTC. В этот момент Земля пересекает плоскость орбиты кометы, и здесь сходятся два независимых источника: время максимума по данным Международной метеорной организации (IMO) и орбита кометы из системы NASA Horizons помещают Землю в одну и ту же точку: расхождения нет даже в сотых долях градуса — последнем знаке, который указывает IMO. Одна из моделей фоновой пыли потока относит её пологий максимум примерно на восемь часов раньше, около 16:00 UTC. Пик настолько широк, что эта разница почти ничего не меняет: главное — ночь с 17 на 18 ноября, где бы вы ни находились.

Луна не помешает. В этот день она в первой четверти и освещена наполовину. В средних широтах Северного полушария она заходит поздно вечером, ещё до того, как радиант поднимется на сколько-нибудь заметную высоту; в Южном полушарии — через час-два после полуночи. Дальше до самого рассвета небо безлунное, а время захода Луны там, где вы находитесь, покажет приложение SkyFlux.

На широте 59° с. ш., например, радиант восходит поздно вечером. Через пару часов после полуночи он стоит на востоке на высоте около 28 градусов и весь остаток ночи продолжает подниматься — примерно до 51 градуса к началу утренних астрономических сумерек, когда небо понемногу светлеет. Поэтому лучшие часы там — последние три перед рассветом: радиант высоко, Луна давно зашла, а небо ещё совсем тёмное. Для ваших координат эти часы рассчитает приложение SkyFlux.

Если в ночь с 17 на 18 ноября будет облачно, следующая ночь даст второй шанс, хотя и похуже: к тому времени фоновая активность потока упадёт примерно до четверти пиковой (по профилю, которым пользуется SkyFlux). К тому же Луна будет ярче и зайдёт примерно на полтора часа позже. По прогнозу одной из моделей, около 02:50 UTC 19 ноября добавится немного метеоров от пыли, которую комета оставила в 1699 году.

Тихий год — и насколько тихий

Леониды знамениты бурями, поэтому о 2026 годе стоит сказать прямо: ни бури, ни вспышки не ожидается. Михаил Маслов, который рассчитывает, где лежит каждый из старых пылевых следов кометы, не нашёл в этом году значимых встреч со следами и ожидает, что поток даст лишь широкий фон старой пыли. Его оценка для максимума — ZHR 15, и в каталоге IMO стоит то же значение.

ZHR — это число метеоров, которое один наблюдатель увидел бы за час, если бы радиант стоял в зените, а небо было идеально тёмным. Таких условий на деле не бывает ни у кого. Если пересчитать ZHR на реальную высоту радианта перед рассветом на широте 59° с. ш., получится около 10 метеоров в час под очень тёмным небом, 3–4 в сельской местности недалеко от города и 1–2 на городской окраине. Это модель, и её погрешность — около 50% в обе стороны. Зрелища не будет. Зато предрассветные часы будут тёмными и безлунными: вдали от огней — метеор раз в несколько минут.

Куда смотреть: найдите Серп — и отведите от него взгляд

Радиант — точка, из которой, как кажется, вылетают метеоры потока, — находится в голове Льва, в дуге звёзд, похожей на зеркально отражённый вопросительный знак; этот астеризм называют Серпом. По Льву поток и получил своё название. Серп помогает и отличить метеор Леонид от спорадического, то есть не принадлежащего ни одному потоку: мысленно продлите путь метеора назад — если он приведёт к Серпу, это был метеор Леонид.

Чтобы увидеть поток, не нужно смотреть прямо на радиант. Метеор рядом с ним летит почти прямо на вас, поэтому его росчерк короткий; метеор, появившийся дальше от радианта, меньше укорочен перспективой и чертит более длинную линию. Именно поэтому NASA и советует смотреть в сторону от радианта. В Северном полушарии расположитесь лицом к востоку или юго-востоку, чтобы радиант был перед вами, но не впивайтесь в него взглядом: лягте, смотрите вверх и дайте глазам охватить как можно больше неба. А перед этим подождите до получаса, пока глаза привыкнут к темноте.

Почему они так быстры: лобовое столкновение

Леониды влетают в атмосферу со скоростью около 71 километра в секунду — быстрее метеоров любого другого потока из списка IMO. В пересчёте это примерно 255 000 км/ч: 100 километров такая пылинка пролетает меньше чем за полторы секунды.

Всё дело в орбите. Комета 55P/Темпеля — Туттля и вся её пыль обращаются вокруг Солнца в сторону, противоположную движению Земли: наклон орбиты — 162,5 градуса, она так сильно «перевёрнута», что комета идёт по ней в обратную сторону по сравнению с планетами. Астрономы называют такую орбиту обратной, или ретроградной. В ночь максимума Земля летит по орбите со скоростью 30 км/с, а пылинка кометы на том же расстоянии от Солнца — около 41 км/с почти в противоположном направлении. Встречаются они почти лоб в лоб, поэтому скорости примерно складываются: выходит около 71 км/с. Каждый метеор Леонид — лобовое столкновение.

По той же причине Леониды — поток утренний. После полуночи вы находитесь на передней стороне Земли — той, что обращена по ходу её движения по орбите, — а радиант Леонид лежит не дальше десяти градусов от апекса, точки, к которой движется Земля. Радиант восходит поздно вечером и выше всего стоит в последние тёмные часы именно потому, что находится почти точно на пути Земли.

Сами частицы крошечные — большинство меньше песчинки. Но на такой скорости каждый килограмм пыли несёт около 2,5 гигаджоуля энергии — примерно в 600 раз больше, чем выделяется при взрыве килограмма тротила, и примерно вчетверо больше, чем у Геминид, влетающих со скоростью 35 км/с. Вся эта энергия выделяется высоко в атмосфере — её-то вы и видите в виде росчерка; самые яркие метеоры могут оставить слабый светящийся след, который ещё какое-то время висит в небе после того, как метеор погас.

Откуда пыль: комета 55P/Темпеля — Туттля

Родительское тело Леонид — комета 55P/Темпеля — Туттля с ядром поперечником около 3,6 километра. Её открыли независимо друг от друга Темпель в 1865 году и Таттл (в старой транскрипции — Туттль) в 1866-м. Один оборот вокруг Солнца занимает у неё 33,2 года. Ближе всего к Солнцу комета в последний раз подходила 28 февраля 1998 года, а следующее её возвращение ожидается 20 мая 2031 года.

При каждом сближении с Солнцем комета теряет пыль, и эта пыль остаётся на её орбите узким плотным следом. Молодые следы ещё не успели расплыться и держатся недалеко от кометы, поэтому Земля встречает их обычно в ближайшие несколько лет до и после возвращения кометы — вот почему бури Леонид приходят сериями, примерно раз в 33 года. Но бурю приносит не каждое возвращение. Пройдёт ли Земля через самую гущу следа, зависит от того, насколько притяжение планет, прежде всего Юпитера, сместило этот след с тех пор, как пыль покинула комету. В 2026 году комета далеко от Солнца, и ни через одну плотную часть молодых следов Земля не проходит: поток будет состоять в основном из старой, давно рассеявшейся пыли, а отдельные следы добавят к нему совсем немного.

1833: ночь, с которой началась наука о метеорах

Бури Леонид видели задолго до того, как их смогли объяснить. В 902 году одну из них записали астрономы в Китае и очевидцы на территории нынешних Египта и Италии. В 1799 году Гумбольдт и Бонплан наблюдали бурю из Куманы в Венесуэле: Гумбольдт писал о тысячах болидов и падающих звёзд, которые четыре часа летели друг за другом, а Бонплан рассказывал, что на небе не нашлось бы участка шириной в три лунных диска, свободного от метеоров.

В ночь с 12 на 13 ноября 1833 года буря разразилась над востоком Северной Америки — от пыли, покинувшей комету в 1800 году. В Бостоне прикинули, что метеоры падали примерно вдвое реже, чем снежинки в обычный снегопад. По тому, сколько метеоров падало, когда буря уже стихала, один из современников оценил их общее число в 240 000 за девять часов. Это оценка, а не подсчёт, но и по ней выходят десятки тысяч метеоров в час. Один житель Вашингтона записал в дневнике, что зрелище напугало людей до полусмерти.

Денисон Олмстед, профессор Йельского колледжа, заметил то, что сделало эту ночь событием для науки. Метеоры падали не как попало: все они вылетали из одной точки во Льве, и по ходу ночи эта точка смещалась по небу вместе со звёздами. Всё, что находится в атмосфере, оставалось бы неподвижным относительно земли и поворачивалось бы вместе с Землёй. Значит, то, что движется вместе со звёздами, должно быть за пределами атмосферы, в космосе. Олмстед собрал сообщения наблюдателей из Америки и Европы и изложил свои доводы в журнале American Journal of Science в 1834 году. С этого началось изучение метеоров как части астрономии.

С 1866 по 1966 год: комету нашли, бурю не дождались, бурю сосчитали

В 1866 году — в тот самый год, когда Таттл открыл комету, — над Европой разразилась ещё одна буря. Период обращения кометы только что вычислили — около 33 лет, — и уже через несколько месяцев астрономы увидели, что поток Леонид движется по той же орбите. Вместе с Персеидами Леониды стали одним из двух первых метеорных потоков, которые удалось связать с определённой кометой.

Через тридцать три года все ждали, что буря вернётся. В 1899 году учёные в Париже даже подняли в небо воздушный шар с Доротеей Клумпке — первым астрономом, наблюдавшим метеоры с воздуха. Буря так и не разразилась.

Вернулась она в 1966 году, и не там, где её ждали. Одни прогнозы обещали бурю над Европой, а обрушилась она на Америку. На горе Китт-Пик в Аризоне группа под руководством Денниса Милона насчитала за первый час 33 метеора Леонид. В 11:54 UTC, примерно через три с половиной часа после начала счёта, частота дошла до 40 метеоров в секунду и держалась на этом уровне около двадцати минут. Позднейший анализ радарных записей той ночи показал, что ядро бури длилось меньше получаса (выше половины пикового уровня активность держалась 23 минуты). Как пересчитать ту ночь в ZHR, спорят до сих пор, и оценки расходятся в десять раз; сомнений не вызывает лишь то, что насчитали на горе.

А вы знали?Пыль, которая вызвала великую бурю 1966 года, покинула комету в 1899 году — как раз тогда, когда все ждали бурю, а её так и не было. Через тридцать три года тот же след дал и бурю 1999 года. Именно то возвращение кометы, которое в 1899 году всех разочаровало, оставило пыль для двух следующих бурь.

1998 и 1999 годы: «Хаббл» отворачивается, Луна принимает удары

К концу 1990-х тревожились уже за космические аппараты. Перед потоком 1998 года космический телескоп «Хаббл» развернули так, чтобы десять часов он был обращён к потоку тыльной стороной, а солнечные батареи стояли к нему ребром, — хотя вероятность попадания оценивали меньше чем в одну десятитысячную. Сюрприз в тот год оказался другим: примерно за 16 часов до расчётного максимума прошла волна ярких болидов. Их породила пыль, выброшенная в 1333 году и с тех пор удерживаемая вместе резонансом 5:14 с Юпитером. Пыль делает пять оборотов вокруг Солнца за то время, пока Юпитер делает четырнадцать, поэтому его притяжение раз за разом действует в одном и том же месте и не даёт пыли рассеяться, а держит её сгустком.

1999 год принёс первую бурю Леонид, верно предсказанную заранее — по расчётам того, где лежит каждый старый пылевой след. Модели указали, когда Земля встретит след 1899 года, и 18 ноября, около 02:00 UTC, это произошло: ZHR измерялся тысячами — примерно от 3700 до 5000, в зависимости от способа подсчёта. Эта цифра, как и последующие цифры для бурь, — ZHR, то есть частота метеоров при том идеальном небе, о котором говорилось выше, а не прямой подсчёт вроде того, что сделала группа на Китт-Пике в 1966 году.

В ту же ночь удалось увидеть то, чего прежде не видел никто. Пылинки Леонид падают не только на Землю, но и на Луну, где их не тормозит никакая атмосфера. Наблюдая за неосвещённой частью лунного диска, группа под руководством Ортиса зарегистрировала пять коротких вспышек, каждая короче одной пятидесятой секунды, — первые достоверно подтверждённые вспышки от ударов пылинок о Луну.

Поток снова дал бури в 2001 и 2002 годах: в 2001-м — две за одни сутки, одну над Америкой, другую над Восточной Азией и Австралией, обе с ZHR выше 1000; в 2002-м — два пика с ZHR около 2350 и 2660. С тех пор бурь не было.

Видно в обоих полушариях, но не одинаково

Радиант Леонид лежит на 22 градуса севернее небесного экватора, поэтому поток виден почти со всего земного шара, но лучше всего — из Северного полушария. На широте 59° с. ш. радиант поднимается всё тёмное время и к началу утренних астрономических сумерек стоит на высоте около 51 градуса; наибольшей высоты, 53 градусов, он достигает позже, когда небо уже заметно светлеет.

Там, где лежат Сидней, Кейптаун, Буэнос-Айрес и Сантьяго, — примерно на 34° ю. ш. — радиант не может подняться выше 34 градусов, да и эту высоту набирает лишь после восхода Солнца, когда уже совсем светло. В момент, когда там начинаются утренние астрономические сумерки, он стоит над горизонтом всего примерно на 17–19 градусов. Наблюдатели в Южном полушарии Леониды увидят, но не так много: тёмное время там короче, а радиант низко. Южнее 68° ю. ш. радиант не восходит вовсе.

Когда следующая буря? Модели расходятся

Метеорной бурей обычно называют всплеск активности потока с ZHR не меньше 1000. Комета вернётся в 2031 году, и годы вокруг её возвращения — первые кандидаты, но специалисты, моделирующие пылевые следы, расходятся во мнениях о том, что эти годы принесут.

На 2027 год календарь IMO называет несколько возможных небольших вспышек, каждая с ZHR до 40–50. Для начала 2030-х расчёты Маслова дают сильные годы, но без бурь: ZHR примерно до 400 в 2033 году, до 500 в 2034-м и до 350 в 2035-м. Следующая настоящая буря у него — лишь в 2094 году. В исследовании Абэ, выложенном в августе 2026 года и ещё не прошедшем рецензирование, получается гораздо больше: ZHR около 1400 в 2033 году — от того же следа 1899 года, который дал бурю 1999-го, — и два сильных пика с ZHR около 1400 и 1200 в 2034 году.

Так что честный ответ такой: следующую бурю не может обещать никто. По одной модели до неё семь лет, по другой — почти семьдесят. Сходятся модели в одном: годы около 2033-го будут заметно активнее обычных — и 2026-й к ним не относится.

Зачем выходить в тихий год

ZHR около 15, а в по-настоящему тёмном месте — примерно десять метеоров в час — вот и всё, что сулит 2026 год, так что не перехваливайте его, если зовёте с собой друга. Главный риск — облака: в середине ноября в северных широтах часто пасмурно, поэтому следите за прогнозом и держите в запасе вторую ночь.

И всё же даже в тихий год этот поток стоит того, чтобы поставить будильник пораньше. Луна не мешает, радиант поднимается по совершенно тёмному небу, а каждый метеор, который вы увидите, — одно из самых быстрых тел, какие вообще попадают в атмосферу: пылинка той самой кометы, что последний раз пролетала мимо в 1998 году, и Земля налетает на эту пылинку лоб в лоб на скорости 71 километр в секунду. Это тот самый поток, что в 1833 году сыпался над Бостоном как снег, а в 1966-м давал над Аризоной по сорок метеоров в секунду.

Выходите наблюдать в последние тёмные часы перед рассветом, если получится, подальше от городских огней, и оденьтесь потеплее. В SkyFlux раздел Метеорные потоки покажет высоту и направление радианта над вашим горизонтом, список Тёмные места подскажет, далеко ли ехать, а Дневник неба сам запишет дату, место и состояние неба, когда вы что-нибудь увидите.